Главные вопросы, действительно, существуют, и это не «что, где, когда». Вопросы, ответы на которые могут сделать нашу жизнь лучше или, по крайней мере, помочь понять что-то прямо сейчас, совсем другие. Их всего два: «зачем» и «почему». Нужно только захотеть их задать и сделать это вовремя.
Это я понял, встретившись с директором пятой школы Лилией Зориной. Мне было интересно узнать, как школа готовится к учебному году, и, побывав там на днях, я решил, что она уже готова. Газета Знамя писала о развитии образовательного процесса.
Первое впечатление бывает обманчивым, поэтому я уточнил.
– Действительно готова, – подтвердила директор.
– И когда успели? – удивился я.
– На самом деле к очередному учебному году мы готовимся круглый год. Независимо от того, есть ли в школе дети, она у нас всегда чистая и ухоженная. Конечно, мы провели косметический ремонт, подкрасили проблемные места, купили мебель в одну из аудиторий, сделали генеральную уборку. В общем, справились своими силами.
Поскольку особых текущих проблем не было, мы поговорили о главном – о педагогике, о школе, о детях и о родителях.
Лилия Разифовна родилась в 1978 году в Башкирии, в городе Бирске. Маленькой девочкой вместе с мамой и папой переехала в Урай.
– Мы жили в третьем микрорайоне, и я до девятого класса училась в пятой школе. Потом решили, что я вернусь в Башкирию к бабушке и поступлю в медучилище. Этот выбор не был случаен: отец работал водителем в УТТ-1, а мама всю жизнь проработала медицинским работником в садике «Золотой ключик», – рассказывает она. – Но там я узнала, что учиться медицине можно только после одиннадцатого класса. Поэтому я осваивала профессию массажиста и параллельно – сестринское дело. За хорошую учебу меня зачислили в медицинский колледж без экзаменов. И тут внутренний голос позвал: иди в учителя. Я поступила в Бирский пединститут по специальности «педагогика и методика начального обучения».
Лилия Зорина начинала как педагог дополнительного образования, а вернувшись в Урай, обнаружила, что вакансий учителей начальных классов нет. По бегущей строке увидела объявление: требовался воспитатель в шестой садик.
Год проработала в «Дюймовочке». Ее благодарности – заведующей Валентине Бутенко: «Именно она подарила мне крылья».
Потом Лилия работала в управлении образования, а в 2012 году по приглашению Елены Подбуцкой пришла в пятую школу на должность заместителя директора по учебно-воспитательной работе.
– Пятая школа – особая. И хотя у каждой школы в Урае свое лицо, говоря о пятой, сразу вспоминаешь кадетский корпус – школу в школе, – говорю я.
– Нельзя утверждать, что кадетский корпус – это школа в школе, – замечает директор. – Но кадеты отличаются расширенным набором дополнительных программ. Да, они носят форму, но первая половина дня для них ничем не отличается от «гражданских» классов: уроки идут согласно учебному плану. Единственное – дополнительная подготовка, ориентированная на военное дело.
Именно в гражданско-патриотическом воспитании школа видит свою основную миссию.
– В девяностые меня шокировало утверждение, что образование – это услуга. Тогда и про воспитание говорили мало. А что такое образование сегодня? – спрашиваю.
– Это совокупность учебного процесса и воспитания. И воспитание, наверное, основная составляющая. Если мы не научим ребенка дружить, уважать людей и ценить то, что у него есть, до образования дело и вовсе не дойдет. Без воспитания у ребенка не будет успеха. Это главное, к чему мы стремимся и над чем работаем.
– И воспитание, и образование начинаются в семье, еще до детского сада. За вашу практику сменилось не одно поколение. Какие сегодня дети и родители?
– Дети очень непростые, но они такие, какие есть. Их не изменить, и нам приходится подстраиваться. Они – с компьютерами, телефонами, с кликовым мышлением и часто, к сожалению, без любви к чтению.
Родители стали более требовательными. Для многих их роль ограничивается тем, чтобы привести ребенка в школу. Остальное, по их мнению, должны сделать педагоги. Мы же постоянно повторяем: только вместе с семьей можно добиться результатов. Приведу пример. Мы твердим, что, прежде чем пересечь дорогу, велосипедист должен спешиться. Но часто видим, как родители едут на велосипеде через перекресток, подавая дурной пример детям.
Раньше учитель был безусловным авторитетом и главным источником информации. У нас не было компьютеров и смартфонов, и все, что говорил учитель, было неоспоримо. Сейчас в интернете можно найти всё и быстрее, чем учитель успеет объяснить. И часто родители отмечают, что у ребенка нет авторитетов. Это тревожит: у него должен быть человек, на которого он хотел бы равняться. Если это не учитель и не родители, таким человеком может стать старший «друг», иногда с печальными последствиями.
– Как сделать учителя авторитетом для ребенка?
– Мы часто, даже во время урока, можем поговорить с ребенком по душам о его проблемах. У пятой школы сложилась репутация самой теплой в плане отношений «учитель – родитель», «учитель – ребенок». Дети знают, что, прибежав ко мне в слезах, можно присесть, выпить чая или воды, просто успокоиться и, если захочет, выговориться.
Если у ребенка нет авторитетов, учителю трудно завоевать его доверие. Но возможности есть. Педагог должен быть тонким психологом. Главное – слышать ребенка, понимать и любить его. Я говорю детям: «Найдите среди нас друга, с которым сможете поговорить и довериться». И они открываются.
– Если учитель больше не главный источник информации, в чем теперь его роль?
– В том, чтобы научить пользоваться этой информацией и отделять правдивое от ложного. Источников много, и не все – надежные. Нужно учить детей вычленять главное и работать с информацией.
– Раньше это было прерогативой старших. А сейчас?
– Дети сегодня на несколько уровней выше, чем мы когда-то. Поэтому мы учим их анализировать, даже при проблемных ситуациях.
«Почему домашнее задание не делаешь?» – спрашиваю ребенка. «Потому что не успеваю», – отвечает он. «Почему не успеваешь?» – «Потому что поздно ложусь спать». Через вопросы «почему» мы приходим к корню: «потому что долго гуляю». Мама рядом, и я говорю ей: «Это уже к вам»…
– К сожалению, взрослые тоже не всегда задают себе эти вопросы.
– А они самые важные. Спросишь – и ребенок начинает думать. Может посидеть молча минут пять, а потом сказать: «Я был неправ, простите». Родители уходят и благодарят: «Спасибо, вы словно перевернули что-то в его голове».
Самое главное – ребенок понимает, что с ним разговаривают как со взрослым. Для него это очень важно.
– Как школа позиционирует себя в городе?
– В первую очередь – как школа кадетов. Кстати, в этом году выпускник кадетского класса Владислав Голубцов, ныне курсант Рязанского гвардейского высшего воздушно-десантного командного училища, принимал участие в Параде Победы в Москве. Это большая честь для него, для родителей и для нас.
Пятую школу раньше возглавляла Елена Подбуцкая, ныне первый заместитель главы города.
Пятая школа – это тепло и понимание. Дети из других школ, у которых не сложились отношения с одноклассниками или учителями, часто приходят к нам и находят поддержку.
Пятая школа – грамотные педагоги. И главное – это команда.
Я сама училась в этой школе. Окончила педагогический институт, прошла курсы переподготовки, вернулась работать в родную школу и теперь ее возглавляю. Многие старшеклассники говорят: «Я тоже выучусь и приду к вам работать. Возьмете?» Берем. В школе работает много наших выпускников. Желание вернуться туда, где ты учился, – хорошая примета.
– А возвращаться в Урай вам хотелось?
– Я, например, вернулась. У меня два родных города – Бирск и Урай. Оба дороги, но я всегда хотела жить в Урае. Когда окончила институт и вышла замуж, в 2008 году окончательно переехала сюда. Сначала думали, что ненадолго – поможем маме и вернемся. Но когда супруг впервые увидел наш город – чистый, ухоженный, с хорошей инфраструктурой для детей, – он сказал: «Мы будем жить здесь». И мы остались.
Я рада, что мои дети выросли здесь и что здесь я состоялась как человек и как руководитель.
Младшему сыну 20 лет, старшему – 26. Старший выбрал IT-специальность, а недавно подписал контракт и будет служить в составе мобильной огневой группы для борьбы с беспилотниками в нашей Югре.
Узнав об этом, я задала ему тот самый вопрос: «Зачем?» Он два дня размышлял, а потом сказал: «Мама, у тебя кадетские классы. Сейчас ты с гордостью можешь сказать, что твой сын выполняет достойную задачу».
Фото автора